Походные дневники Виктора Владимировича Жижина

На другой день – 8 августа мы сумели пройти три перевала и заночевали на леднике Бокос. Но обо всем по порядку!
На первый перевал – Гурдзи-вцек (1Б, 3345 м) мы поднялись еще до 7 часов утра. Он представляет собой ровную площадку. На скалистом гребне красный флаг, а рядом мемориальные доски. На одной из них, установленной Запорожским турклубом «Эльфы» четверостишие:

Горизонта удивительны миры -
Достигаешь их на перевалах,

Кажется, вот-вот коснешься ты черты,
А она вдруг дальше оказалась…

I. Прелюдия

Мы готовились к сложному походу, если так можно было назвать горное путешествие третьей категории сложности в условиях весеннего межсезонья. Инициаторы задолго перед маем обдумали и просчитали маршрут, прикинули в днях и километрах его варианты, не забыв при этом и о чувствах, которые испытывают голодные и уставшие люди. В угоду любителям покушать было разработано меню на уровне вполне приличного ресторана, имеющего все необходимое, за исключением салфеток, вилок и официантов. Салфетки с успехом были заменены "светлой полосой в твоей жизни" - туалетной бумагой, в качестве вилок предусматривались пальцы рук, которыми можно было не только поддевать лакомые кусочки, но и хватать их в том количестве, которое завхоз команды определял как разумное и достаточное. К роли официантов готовились все участники команды…

Ранний подъем второго мая не доставил нам особой радости. Навалило около пятнадцати сантиметров свежего снега. Пришлось чистить палаточные тенты и откапывать оставленные накануне снаружи рюкзаки. Холодно и туманно, сквозь туман угадывается голубое небо, но только угадывается и этим все ограничивается. Видимость до двадцати метров. После завтрака сидим, ожидая дальнейшего развития метеоусловий и указаний со стороны руководящего состава. Адмирал возится с забарахлившей накануне горелкой, прокалывает себе палец - указующий перст, но тем не менее доводит ремонт до конца и, поглядев из палатки на падающие хлопья снега, объявляет вынужденную дневку. Потянулись долгие минуты ожидания. В начале они не сильно досаждают, ибо можно подремать, наверстывая недополученное из-за позднего отбоя и раннего подъема, но затем наступает период "активного" ничегонеделания, который сильно достает. Кто-то продолжает спать, кто чинит свои вещи, кто играет в интеллектуальные игры, к которым относятся крестики-нолики, морской бой, очко на пальцах, контакт и пр. и др. У Мастера происходит неприятность - при попытке наладить свое искусственное ухо, он окончательно ломает его и начинает мучиться из-за отсутствия возможности нормального общения с товарищами, некоторое утешение он находит в дневнике, что-то пишет в своем дневнике и Адмирал. Виталик выуживает из своего рюкзака рассыпанные макароны и ворчит по этому случаю как ветеран Куликовской битвы. Красная палатка посвятила некоторое время установке ветрозащитной стенки из снежных кирпичей. Люди хотят что-то делать, так легче переносить ожидание. В таком тягучем ритме проходит время до обеда, а затем и ужина, которые вносят заметное оживление.

Утром седьмого мая и в самом деле просыпаемся в морозной атмосфере. За-мерзла вода в бутылках у входа в палатки, припасенная с вечера. Завтракаем и готовимся к выходу на второй перевал, определяющий категорию нашего путешествия. Из наших жилищ вытряхиваем мусор и выбиваем мелкие кусочки льда - остатки смерзшегося конденсата. Солнце постепенно набирает высоту и, огибая восточное ребро Каракаи, освещает место бивуака. Сразу же становится теплее. По мере готовности туристы взваливают на плечи рюкзаки и уходят по направлению к перевальному взлету. Снег держит великолепно, даже если подпрыгивать на нем с рюкзаком за плечами. Через полчаса первый участник подходит к перевальному взлету и начинает выбивать ступени, поднимаясь по сорока пятиградусному склону без рюкзака. Собравшись на седловине перевала, задерживаемся на ней около сорока минут, разбираясь в том, что мы видим, как это называется и где находится.

"Лето уходит на юг,
снова маршрут готов…"
(из старой туристской песни…)

В августе 1982 года я приехал в Архыз вместе с двумя Олегами - Кузнецовым и Леденевым, Пашей Кравченко. Наши рюкзаки под самую завязку были на-биты продуктами и вещами,. Помимо своего груза у нас было еще семьдесят ки-лограммов продуктов и топлива для заброски на группу в двенадцать человек. На другой день мы ишачили это добро в ущелье реки Аманауз, и, спрятав его там, поздним вечером вернулись обратно, в поселок. Позднее мы встретились в Тебер-де с остальными восьмью участниками нашей команды, собиравшейся совершить горный поход третьей категории сложности по Западному Кавказу. Основу группы составили студенты Ставропольского государственного мединститута, слегка разбавленные представителями специального конструкторско-технологического бюро полупроводниковой техники.