Походные дневники Виктора Владимировича Жижина

5 августа 1999 года.

Весь день набирали высоту. При переходе по мостику ниже слияния ручьев Игорек торжественно расстался со своими старыми кроссовками, которые следовало бы назвать босоножками. Ныряя и подскакивая, они понеслись в пенистом потоке, распугивая форелей и рогатый скот, пасущийся по берегам реки.
На обед мы расположились возле чистого ручья. Было интересно видеть, как его вода смешивается с коричневатым потоком, стекающего с песчано-глинистого склона. Прямо по ходу - ледник. С него уходит влево крутой снежник, ведущий к перевалу Подольский. Справа от перевала вершина Джорашты - Куршоган. Это часть Каргашильского (от балкарского "каргашин" - свинец; в северных отрогах горцы добывали свинец для пуль) хребта. За ним - Безенгийское ущелье. Нам предстоит идти вправо по осыпному склону к хребту Кору, за которым расположено ущелье Чегема.

18 августа 1999 года.

Наши пожитки, уложенные в рюкзаки, имеют большой вес. Сгибаясь под их тяжестью, заходим в альплагерь "Джантуган", чтобы уточнить и проверить услышанное вчера. Все встречные в один голос говорят одно и тоже - в районе Шхельдинского ледника ограбили уже несколько групп. Раньше возле ночевок "Улыбка Шхельды" стоял целый палаточный городок. Сваны приходили в него под видом местных жителей или просто гостей, узнавали кто, когда, куда и с чем идет в ближайшее время. Затем встречали вчерашних собеседников на тропе и под угрозой оружия заставляли идти с собой на перевал Ахсу, который являлся самым простым путем из ущелья Шхельды в Грузию. Там забирали у горовосходителей рюкзаки и уходили с ними к себе домой, отпуская своих жертв восвояси. Таким образом, бандиты убивали сразу двух зайцев - шли налегке наверх, подгоняя невольных носильщиков, и отсекали возможную погоню, так как некому было вызвать пограничников.

20 августа 1995 г.
Побудка состоялась по горным понятиям поздно, было уже пять часов утра. Весь «гробик» был забит перьями и пухом, взлетающим вверх и в стороны при малейшем движении. Оперативным расследованием было установлено, что Виктор, влезая вечером в палатку, зацепился локтем об острый выступ скалы и распорол свою пуховку. Он, проклиная роковую случайность, достает ремонтную коробочку и медицинскую аптечку. Из первой извлекает иголку с нитками, а из аптечки – лейкопластырь, которым схватывает края длинной дыры и тут же начинает пришивать кромку пластыря к рукаву. Игорь тем временем колдует с примусом. Вода для утреннего бульона была набрана еще с вечера в ямке во льду, а ночью котелок с ней находился в палатке, закутанный в свободные теплые вещи.

Вместо предисловия

Разбирая свои архивы, автор наткнулся на путевые записи, сделанные шесть лет тому назад во время горного похода, когда случай своей волей свел его у подножия седоглавого Эльбруса с человеком, вместе с которым позднее довелось пройти самые сложные перевалы и маршруты. Сейчас остается только благодарить судьбу, что она не сделала по-другому…

В сентябре 2002 года в ущелье Кармадона, что расположено в Северной Осетии, происходит ужасная природная катастрофа – срывается с каменного ложа и устремляется в долину ледник Майли. За короткое время он проносится со скоростью поезда больше тридцати километров, сметая все на своем пути. Были человеческие жертвы, среди которых оказалась в полном составе кинематографическая группа Сергея Бодрова, известного по кинофильмам «Кавказский пленник», «Война», повествующих о событиях последнего времени на Кавказе, а также криминальным кинобоевикам «Брат» и «Брат-2». К небольшому району горной Осетии, где силами МЧС России велись поисковые работы, было приковано внимание людей и средств массовой информации. По телевидению каждый день показывали кадры с места трагедии. В поисках дополнительных сведений я поднял старый отчет о горном походе 1980 года в горах Северной Осетии и обнаружил в нем дневник, картосхему, много фотографий, рассказывающих о тех временах, когда мы были молодыми и жили, не задумываясь о завтрашнем дне, в горах не было бандитов, а природа была спокойна. Оказывается была и другая жизнь… Вот она, эта история о горах и людях - непоседах, которые существуют везде и во все времена. Она реальна, но до той поры, пока не описана, воспринимается как некое воспоминание, со временем забывающееся и даже искажающееся в свете событий современности. Своим переработанным дневником я не претендую на членство в союзе писателей. Это способ самовыражения, который интересен прежде всего самому мне, это мое личное восприятие окружающих меня событий и людей, а оно у каждого свое.